Пристройка снизу

Во всех попытках пристройки снизу можно заметить скрытые трансакции. Но это не значит, что они объективно заключаются в словах, интонациях или мыслях коммуниканта, потому что каждый адресат, в зависимости от его информационного отношения с коммуникантом, этот скрытый смысл воспринимает по-своему, а многие его совершенно не замечают. Примерами таких пристроек снизу в бытовых отношениях могут быть любые бытовые вопросы, задаваемые ворчливо. "Почему что-то сделано или не сделано, куплено или не куплено, не там лежит, забыто" и т.п.

Шифр скрытой трансакцииv в руках дополняющего. Лишь он полуосознанные коммуникаты коммуниканта понимает полностью и механически отвечает нужной для дуализации пристройкой сверху. Похоже ведут себя и индивиды, связанные отношениями активации.

У индивидов, находящихся в конфликтных отношениях при этом возникает подозрение, что это маскируемое издевательство с позиции родителя или взрослого. Следует ответный выпад, что приводит к перекрещивающейся трансакции и v конфликту. Хотя это можно назвать и мнимым конфликтом, так как первый коммуникант не хотел задеть второго и будет чувствовать себя обиженным в своей доверчивости, откровенности, непосредственности и лучших чувствах. Хотя, как мы это теперь уже точно знаем, с точки зрения теории интертипных отношений, все конфликты v мнимые конфликты. Озлобленность в голосе человека v лишь усталость от поиска дуализации.

При отношениях тождества партнеры понимают, что коммуникант находится в затруднительном положении, что ему нужна помощь, но самого главного, нужного слова н находят. Вместо пристройки снизу v ребенок-родитель v получится пристройка рядом v коммуникатами обменялись двое взрослых. Партнер по тождественным отношениям не может выступить с позиции родителя в том смысле, какой этому термину дал Бёрн, даже тогда, когда это настоящий родитель. Это всегда отношения взрослого со взрослым. Все другое может быть лишь игрой, притворством с обоюдного согласия.

В подавляющем большинстве информационных отношений попытку пристройки снизу совершенно не замечают, на нее не реагируют или воспринимают как шутку и пристраиваются рядом в позиции ребенка.

Совершенно по-другому скрытый смысл такой трансакции воспринимает партнер-приемник, в сознании которого потребности партнера-передатчика, как уже говорилось выше, из субъективных превращаются в объективные. Ему трудно догадаться, что такой значимый человек может искать самой обыкновенной пристройки снизу. Кроме того, как уже упоминалось, многие информационные сигналы партнера-передатчика партнером-приемником воспринимаются как через усилитель, а сигналы недовольства v как сигналы бедствия. В целом, полуосознанные сигналы партнера-передатчика, направленные на пристройку снизу, как наверное уже всем понятно, воспринимаются двумя способами:

  1. если за словами партнера-передатчика можно увидеть проблему, партнер-приемник вступает в отношения социального заказа, принимает его и превращается в его исполнителя;
  2. если в словах партнера-передатчика содержится хотя бы доля нервозности, направленной на самого партнера-приемника, это воспринимается как очень острое и незаслуженное порицание с позиций родителя, который не хочет и не старается быть справедливым и даже, отлично зная о привязанности к нему партнера-приемника, позволяет себе над ней безнаказанно издеваться.

Пример. ИНТУИТИВНО-ЛОГИЧЕСКИЙ ЭКСТРАТИМ ( ) роется на книжных полках, стараясь отыскать нужную книгу и ворчит, что "никогда ничего нельзя найти".

Что значат эти слова для его дополняющего v СЕНСОРНО-ЭТИЧЕСКОГО ИНТРОТИМА ( ). В них он слышит жалобу на то, что его партнер всегда ничего не помнит, и он бросается помогать искать. Оба довольны. Один v оттого, что у него есть партнер, который все знает и умеет, другой v потому, что удалось поднять настроение супруга.

Партнер-приемник, т.е. ЭТИКО-ИНТУИТИВНЫЙ ЭКСТРАТИМ ( ) на то же замечание реагирует словами: "Я к твоим книгам не притрагиваюсь". В словах супруга он услышал упрек в том, что кто-то трогает его вещи и наводит в них порядок. Но этот ответ был бы правильным и успокаивающим только для его дуала v ЛОГИКО-СЕНСОРНОГО ИНТРОТИМА ( ), который не переносит, когда трогают его вещи, v это для него кровная обида. ЭТИКО-ИНТУИТИВНЫЙ ЭКСТРАТИМ ему потому и подходит, что никогда не наводит порядка в вещах другого, как, между прочим, и в своих собственных, а вот ИНТУИТИВНО-ЛОГИЧЕСКОМУ ЭКСТРАТИМУ ( ), наоборот, необходимо, чтобы кто-то разбирался в его вещах лучше его самого.

И партнер-приемник чувствует себя кругом и безысходно виноватым. Он слышит упреки человека, который на него положился и стал жертвой обмана. Причем, речь-то идет о бытовых мелочах v тем глупее и неприятнее этот обман. Партнеру-приемнику и в голову не приходит, что его партнер-передатчик выступает в роли ноющего ребенка, который ждет всего лишь успокоения, и что чаще всего его мнимая жалоба не требует никакого ответа. Дело v в преувеличенном суггестивном восприятии партнером-приемником всех сигналов партнера-передатчика.

Семейные отношения от этого только страдают. С одной стороны, заключенное в словах партнера-передатчика значение разрастается, субъективное превращается в значимое, объективное. С другой v теряется первоначальный смысл слов партнера-передатчика, а вместе с тем и выраженные в них субъективные потребности. Партнер-приемник готов решать социальные проблемы партнера-передатчика, но он совершенно не знает его повседневных конкретных потребностей и не умеет их удовлетворять. По сути дела, он склонен работать не на супруга, а на общество, что супруг обычно совершено точно и воспринимает как заботу не о нем, а "о других".

А как же с интересами партнера-приемника, который ведь тоже иногда нуждается в пристройке снизу? Нужно признать, что пристройка снизу v единственное, что ему по-настоящему удается. По сути дела, все начинается и кончается этой пристройкой. Партнер-передатчик понимает и учитывает его мнение как "взрослого" только тогда, когда оно не отличается от его собственного, даже когда партнеру-приемнику уступают или балуют его, то уступают ему как ребенку. Иначе партнер-передатчик реагировать не может. Он не видит и не может видеть реальных, т.е. типных потребностей супруга. Заботится лишь о "правильных", действительно потребностях, а не о "детских выдумках", то есть заботится о потребности партнера-приемника так, как если бы он был дополняющим, постоянно попадает впросак и совершенно последовательно этого не замечает.

Итак, по нашим предположениям, при коммуникатах репродуктивной и продуктивной функций партнеру-приемнику передается социальный опыт, а при коммуникатах других функций v социальный заказ. То есть пока партнер-передатчик выступает с позиции взрослого, партнеру-приемнику передается его опыт, когда ж он выступает с позиции ребенка, его потребности превращаются в социальный заказ.


4188293050651647.html
4188377560247074.html
    PR.RU™